На свою голову связалась с врачами и теперь категорически не употребляю спиртное, молочное и сладкое, что тут же сказалось на моём характере, и не мне судить, хуже стало или лучше и в любом случае надеюсь, что это не надолго, а как по мне – прошедших двух месяцев более чем достаточно. Злюсь, разумеется, не на себя, а на врачей – на кого же ещё?! Как только позволят злоупотреблять, первым делом заварю крепкий сладкий чай и выпью несколько чашек с острым сыром. Потом – шампанское с трюфелями и тирамису.

В городе грязи по самые уши, вверху тёмно-серая тяжесть, внизу – хлюпает так всеми ненавидемая каша из снега, воды и мусора, на улице плюс минус ноль. Я ещё в процессе рождения себя, и люди вокруг – все эти миллионы и миллиарды людей – ждут и пока находятся в подвешенном состоянии, гипо-человеки, гипер-человеки и их переходные состояния…
И мы снова будто внимательно вглядываемся в минутную стрелку часов, ожидая увидеть, отследить глазами её движение – но видим только неподвижное и удивляемся – оказывается, от начала эксперимента прошло уже 10 минут и значитбыло движение, было! И мы снова только лишь оглянувшись назад на пережитые месяцы да прожитые годы можем заметить эту разницу – нет, уже совсем не так, как прежде, совсем не то, как это можно было пропустить, как можно было не заметить? И всё время хотелось подтолкнуть эту стрелку часов – двигайся же, двигайся, невыносимо же ждать изменений так долго… И позже, всё-таки оглянувшись, печалиться – зачем, зачем торопили, вот как быстро пролетело-то, и не заметили, и уже состоялось, и стало пережитым, прошлым.

Было бы лучше, если бы время летело медленнее, а ползло быстрее.